про красоту.... или типа того))))

потырено в инете и отредактировано… чтобы не было многабукф, но без ущерба для смысла
Культ женской глупости
«Общество очень снисходительно к глупым людям.

В моем классе училась невероятно глупая девочка. Она с трудом удерживала позиции между двойками и тройками. Но она была красива. Необычайно красива.

Учителя были к ней добры. Поняв, что всякий ее выход к доске — это мучительный позор, они стали реже ее спрашивать. И когда все-таки приходила ее очередь — старались не терзать. Мало того, она была самой популярной девушкой в школе.

Красота типа оправдывает все. Особенно женская. К мужчине, возможно, не будут так милосердны. Ну, если он не знаменитость. Известный актер, известный манекенщик — с ним будут приветливы, даже если это откровенный идиот.

Надо честно признать — красоту мы ценим больше всего. И уважаем как отдельный талант, который ставим куда выше ума.
…
Ни одна индустрия не имеет такого влияния, не рекламирует себя так агрессивно, как индустрия красоты. Я знаю наверняка, что книжные издательства тоже могут себе позволить ежемесячную рекламу чтения — но не делают ее. Почему не нанять какую-нибудь модель или знаменитость и не снять ее с книгой в руках и слоганом «Федор Достоевский. Я этого достойна!»? (Может, тогда продажи литературы можно будет сравнить с прибылью от тональных кремов.)

Но никто не дает советы об укреплении интеллекта; нет популярных упражнений для изучения иностранных языков; нет бодрых материалов о том, как сесть на диету из авторского кино. Нет никаких статей на тему «Как освоить к летнему сезону основы квантовой физики». Приятели могут сказать: «Боже, ты так потолстела, немедленно покупай абонемент в спортивный зал!» Но ты никогда не услышишь: «Господи, сериалы размягчили твой мозг, немедленно иди в библиотеку и читай Сёрена Кьеркегора!»
У меня есть знакомая, которая переживает, что у нее маленькая грудь. Я вообще не могу понять, как можно волноваться из-за размера груди. Это неподвластно моему разуму, вот честно. Всякий раз, когда она опять седлает эту тему, мне хочется сказать: «Грудь — это последнее, о чем тебе имеет смысл волноваться. Проблема в том, что за пять лет ты прочитала всего две книги. Тебе не сиськи надо вставлять, а читать русских философов и учить немецкий язык. И жизнь наладится!»

Но я, конечно, так не говорю, потому что это невежливо. Зато вежливо сказать: «Да, ты права — все твои беды от размера А74, я дам тебе телефон хирурга». Пойди, дорогая, отдай 400 тысяч, сделай ненужную операцию — и все ради того, чтобы стать похожей на модель, рекламирующую лифчики (огромное достижение, если вы не понимаете).

Подлость, собственно, в том, что от умных людей требуют, чтобы они были красивыми. Ты умная, но толстая и даже не пытаешься похудеть? Казнить!

Но если человек красивый, от него никто ничего не требует. Многих женщин унижают лишь потому, что у них короткие ноги или пухлый живот, но никто не кричит ежедневно о глупости моделей или о вопиющем невежестве спортсменов. Что хорошего в том, что футболист (или хоккеист, или боксер) закончил образование во втором классе средней школы? Почему спортивные достижения это оправдывают? Вот же музыканты тоже до пота и крови тренируются с самого детства, но они прекрасно образованны, умны. Я пока не встретила ни одного тупого пианиста или скрипача.

Я не отрицаю значения внешности. Я люблю всякие туфли и юбки, помады и маски для лица. Мне нравятся люди, которые занимаются спортом или йогой и которым важно, что они едят.

Проблема в том, что в наши дни внешность — это полноценный культурный продукт. Мы дошли до того, что на самой вершине массовой культуры — Ким Кардашьян, которая всемирно известна лишь потому, что разрисовывает лицо, переодевается и делает пластические операции.
За последние 20 лет женщины стали более независимыми, стали много зарабатывать — и, как ни странно, это превратилось в апокалипсис. Мы стали лучшим рынком сбыта — чем-то вроде современного Китая для индустрии роскоши. Больше не надо выклянчивать у мужа деньги на новое платье или помаду. Женщины дорвались. И отупели.

Если сравнить 90-е и нулевые, то получится, что лучшие мелодрамы прежних времен — о любви (хоть «Бриджит Джонс» — это ведь книга о том, как нелепую, но забавную, полную, но умную, немодную, но веселую женщину полюбили за то, «какая она есть» ©). А самые популярные «женские» истории нулевых — о тряпках. «Секс в большом городе», «Дьявол носит Прада», «Шопоголик». Трудно сейчас понять, кто главный герой «Секса» — женщины или туфли, вот правда (у идеального мужчины здесь даже нет имени, в отличие от шпилек Маноло Бланик).

Все достижения феминизма вдруг свелись к шмоткам и косметическим процедурам. И к торжеству желтой прессы, где любая может узнать, сколько именно целлюлита на заднице Скарлетт Йоханссон.
Красота — она как деньги: чем ее больше — тем страшнее потерять. А интеллект, во-первых, никто не отнимет, а, во-вторых, это единственное, благодаря чему не мир оценивает нас, а мы сами оцениваем то, что нас окружает, и делаем свой уникальный выбор, и находим свою ноту в какофонии мнений и критериев (большинство из которых до того бездарны и архаичны, что принимать их всерьез — все равно что курить спайс).»